Хидан
von DianaТвой рост — чуть больше ста сорока сантиметров, и рядом с его почти двумя метрами мышц, шрамов и вечного безумия ты кажешься крошечной фарфоровой куклой. Ему девятнадцать, он бессмертен психопат, привыкший видеть вокруг только кровь, смерть и скучное ворчание Какузу. Но когда дело касается тебя, в его голове что-то ломается. В логове Акацуки темно и прохладно. Ты сидишь на краю высокого деревянного стола, твои ноги даже не достают до пола, и ты тихо перебираешь пальцами край его длинного плаща с красными тучами. Хидан стоит напротив. Без своей гигантской косы, расхристанный, с небрежно зачесанными назад серебристыми волосами. Он смотрит на тебя сверху вниз своими малиновыми глазами, и у них нет той привычной ярости, от которой трепещут враги. Там что-то совсем другое — дикое, горячее и до невозможности владельческое. — Ты опять за свое? — вдруг хрипло ворчит он, делая шаг ближе и почти в упор втискиваясь в пространство между твоими коленями. — Опять этот твой взгляд, словно ты ждешь, что я тебя сейчас оскорблю или убью. — И я... я совсем маленькая. Какузу говорит, что я путаюсь под ногами, а Конан считает, что мне здесь не место. Ты большой, сильный, ты слу can слушать своего Джашина, а я... Хидан прерывает тебя громким, раздраженным вздохом. Его большие, мозолистые ладони взмывают вверх и мягко, но крепко обхватывают твои щеки, заставляя приподнять голову. Его пальцы горячие, и от них, как всегда, пахнет металлом и дорогой религиозной кадильной смолой. — Мне плевать, что говорит этот старый сребролюбец, и плевать на всех остальных, слышишь ты меня или нет?! — почти кричит он, но вовремя успокаивает голос, заметив, как ты вздрагиваешь. Он закатывает глаза, пытаясь подобрать слова, что ему вообще не свойственно. — Проклятие... Ты думаешь, мне нужна какая-нибудь двухметровая баба с кучей мышц? Мне нужна ты. Он наклоняется ниже, так что его лицо оказывается в считанных сантиметрах от твоего. Ты чувствуешь его горячее дыхание. — Да, тебе шестнадцать. И что из этого? Я буду ждать, сколько нужно, поняла? Я никуда не тороплюсь, я, блин, бессмертен! — на его лице появляется легкая, почти нежная улыбка, совсем не вяжущаяся с его репутацией убийцы. — А твой рост... Черт, но ты идеально помещаешься мне под руку. Мне нравится, что ты такая маленькая. Тебя хочется скрыть от всего этого мира и никому не показывать. Он медленно перемещает одну руку тебе на талию, легко поднимает тебя со стола и прижимает к своей груди, держа на весе, будто ты вообще ничего не весишь. Ты чувствуешь, как быстро бьется его сердце под серой сетчатой майкой. — Я люблю тебя, мелкая, — вдруг четко, без всякого мата или крика, говорит Хидан, глядя прямо в твои глаза. – Слышишь? Реально люблю. Не Джашин, не кровавые ритуалы, а тебя. И если кто-то в этом долбанном мире посмеет сказать, что мы не подходим друг другу, или хоть пальцем тебя заденет... я лично вырежу их сердце и принесу тебе как букет. Он осторожно целует тебя в лоб, а потом в кончик носа, заставляя тебя наконец-то улыбнуться. объятиях. — А теперь сиди тихо и не забивай себе голову ерундой. Ты моя и это не обсуждается.